Уже не первый час покрасневшими глазами Анна вглядывалась в монитор компьютера. «Угу – промычал я в ответ, брызгая томатным соком и закрывая холодильник. Конец» – прочла она полушепотом. – Ха. Смешно… Раздался стук в дверь. Анна притихла на мгновение будто вслушиваясь, и возбужденно вскочив из за стола, побежала на первый этаж, не забыв по дороге глянуть в зеркало и поправить прическу. Анна открыла дверь. На пороге стоял молодой парень с букетом роз и бутылкой красного вина. – Льоша… Привет. Заходи. Алексей зашел в дом...
Я был обычным школьником, пока со мной не произошло нечто ужасное. Одного дождливого дня я осознал, что начал меняться. Как… почему я не замечал этого раньше… я не знаю, но именно в тот день я предстал перед ужасающим фактом – я становился кем-то другим и это было необратимо. Эти перемены замечали и окружающие. И мне постоянно казалось, будто кто-то незримый всегда был рядом, будто я вызывал у него (а может, у них) какой-то извращенный интерес
Когда первые лучи полной луны неистово рассекая плоть мрака, преодолев свой дальний путь, коснулись моего лица – я проснулся. В эту полночь лишь хор вшивых тварей возвещал мое пробуждение. Этот лай адских псов… как долго он был моей колыбельной? Как долго я спал? И зачем я проснулся?...
ВШ-інфекція сьогодні — реальний факт життя. Людина, яка отримала діагнбз ВІЛ-інфекція потребує допомоги та підтримки близьких людей. Неважливо, яким шляхом була інфікована людина, головне те, що потрібно їй допомогти пережити трагічну пору свого життя, підтримати її на нелегкому шляху боротьби за життя та здоров'я, навчити її жити з ВІЛ, а не помирати від СНІДу. Люди з ВІЛ можуть жити довго та повноцінно. Підтримка людини, яка живе з ВІЛ, продовжить її життя та покращить його якість.
Серед різноманітних алкогольних виробів та тютюну кожен житель України може обрати для себе ту продукцію, яку забажає. Рекламні плакати пропонують людям спробувати той чи інший товар, стверджуючи, що він найкращий. Тому й не дивно, що багато юнаків та дівчат починають палити та вживати алкоголь у ранньому віці. Все це призводить до хвороб у майбутньому, до конфліктів у родині. У тому, що діти починають палити батьки звинувачують політику влади. А влада відмахується, мовляв, все під контролем.
Высокие договаривающиеся стороны уселись по оба конца стола, а между ними неприметной тенью примостился переводчик. Все молчали.
Первым начал Он. – Я тебя люблю.
Её передёрнуло, но переводчик сделал Ей знак и сказал: – Он говорит: «У меня есть терпение, я готов слушать и пытаться понять тебя».
Она хмыкнула и с горечью ответила: – Ты всегда умел говорить красивые слова, а дела я от тебя, наверное, никогда не дождусь.
Переводчик повернулся к Нему и сказал: – Она говорит: «Я тебя тоже люблю. Только любовь помогла мне выдержать всё это».
Он заговорил, и в Его голосе звучала мука. – Я больше так не могу. Всё, что я ни делаю, тебе не нравится. Ты всё время критикуешь.
Переводчик снова повернулся к Ней и сказал: – Он говорит: «У меня разросшееся, ранимое эго. Оно заставляет меня воспринимать все твои слова как нападки, и я помимо воли начинаю видеть в тебе врага».
Она посмотрела на Него – уже без ненависти. Уже с той жалостью, от которой до любви – полтора шага. – Я попробую помнить об этом, но ты тоже должен перестать быть ребёнком. Пора уже повзрослеть на четвёртом десятке!
Переводчик повернулся к Нему...
...Они уходили вдвоём, плечом к плечу, почти рука об руку. На пороге Он остановился, подбежал к переводчику, хлопнул его по спине и воскликнул: – Да ты, брат, профи! Где такому учат, а?
Переводчик не ответил; он поймал глазами Её взгляд и одними губами перевёл: – Он говорит мне: «я хочу научиться понимать её сам».
Комментарии - 0
